Арест имущества по уголовному делу: судебная практика

Обзор ВС: когда судам не следует арестовывать имущество

ВС отмечает, что анализ судебной практики показывает, что суды при разрешении ходатайств следователя, дознавателя о наложении ареста на имущество обвиняемого по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 115 УПК, в основном правильно применяют положения закона. Значительная часть ходатайств об аресте имущества рассматривается по уголовным делам о коррупционных преступлениях.

Чье имущество?

ВС напомнил, что по ч. 1 ст. 115 УПК арест может быть наложен только на имущество обвиняемого/подозреваемого, но суды должны проверять, действительно ли названное в ходатайствах имущество принадлежит этим лицам. Только в случаях, когда из материалов дела с очевидностью следует, что имущество у третьих лиц фактически принадлежит обвиняемому или приобретено им на доходы, которые были получены от преступлений, суды могут обоснованно такое имущество арестовать. В качестве примера приводится решение Пятигорского городского суда Ставропольского края от 28 ноября 2017 года. Тогда под арест попала гостиница. Она находилась в собственности у некого ООО, учредителями которого были близкие родственники обвиняемого по ч. 4 ст. 159 УК (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере). Тогда суд установил, что гостиница была куплена на преступные доходы, а на третьих лиц оформлена, чтобы скрыть доходы. Арест суд наложил, чтобы обеспечить возмещение ущерба бюджету (около 82 млн руб.)

Фактор единственного жилья

Арест не может быть наложен на имущество, на которое по ГПК не может быть обращено взыскание (закреплено в ч. 4 ст. 115 УПК). Поэтому, решая вопросы об аресте, судья должен убедиться, что такое правило соблюдается. Например, если некоторое помещение является для обвиняемого и его семьи единственным пригодным для постоянного проживания местом, то арестовать его нельзя. На основании именно этого обстоятельства Ломоносовский районный суд Архангельска 2 июня 2017 года отказал следователю в аресте квартиры Алексея Степанова*, которого обвиняли по ч. 6 ст. 290 УК (получение взятки в особо крупном размере). Отказать в аресте суд может, когда из поданных в суд материалов нельзя понять, попадает ли имущество под то, на которое не может быть обращено взыскание. Белорецкий межрайонный суд Республики Башкортостан 22 октября 2018 года отказал в аресте имущества Сергея Иванова, так как из материалов не было понятно, является ли это жилье единственным пригодным для совместного проживания. Эта же ч. 4 ст. 115 УПК является основанием для отмены ареста в апелляции, если суд первой инстанции не учел эту часть удовлетворении ходатайства.

Соразмерность имущественным взысканиям

ВС отметил, что стоимость имущества, на которое налагается арест, не должна превышать максимального размера штрафа (он установлен санкцией статьи Особенной части УК). Другой вариант – стоимость имущества должна быть соразмерна причиненному преступлением ущербу. Поэтому суды могут наложить арест только на часть имущества.

Так, Майминский райсуд Республики Алтай 17 августа 2017 года отказал в аресте машины стоимостью в 1,7 млн руб., так как его владелец обвинялся по ч. 2 ст. 292 УК (служебный подлог), а штрафы по статье составляют 100 000–500 000 руб., кроме того, по ней нельзя применить конфискацию. Похожая ситуация была в Ленинском райсуде Чебоксар: дознавателю не удовлетворили ходатайство об аресте, так как сумма требований по гражданскому иску составляла 56 000 руб., а стоимость имущества – 250 000 руб.

Вернуть ходатайство

ВС обратил внимание, что «качество материалов, представляемых в суд органами, осуществляющими предварительное расследование, не всегда отвечает предъявляемым требованиям». Судья должен выяснить (по ч. 1 и 2 ст. 165 УПК), подсудно ли ходатайство суду, находится ли уголовное дело в производстве следователя или дознавателя, который такое ходатайство подал, и содержит ли сам документ сведения, необходимые для ареста и другие материалы. Если требования к ходатайствам и подсудности не выполняются, то суды возвращают их следователям и дознавателям. 12 апреля 2017 года судья Ухтинского городского суда Республики Коми вернул ходатайство о наложении ареста на имущество следователю, так как в предоставленных документах не было постановления о соединении уголовных дел и принятии следователем этого дела (после соединения) к производству. То есть суд не мог установить, подало ли ходатайство уполномоченное должностное лицо.

О целях наложения ареста

«Как правило, органы предварительного расследования в ходатайствах приводят сразу несколько целей для наложения ареста на имущество (например, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, возможной конфискации имущества или других имущественных взысканий)», – рассказывается в обзоре. Суды в таких случаях в постановлении об аресте указывают, в каких именно целях налагается арест.

В Горно-Алтайском городском суде Республики Алтай 27 августа 2018 года судья арестовал автомобиль и земельный участок Зинаиды Сергеевой*, которую подозревали по ч. 3 ст. 160 УК (присвоение) на сумму 643 000 руб. В постановлении было отмечено, что ходатайство было заявлено «в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и взыскания штрафа». При этом санкция по статье составляет 100 000–500 000 руб., а иск заявлен на сумму 770 000 руб.

Отсутствие информации о заявленном гражданском иске при этом не является основанием для отклонения ходатайства об аресте. Например, Курганский городской суд арестовал недвижимость, машину и деньги Ивана Купалы*, который нанес ущерб Фонду предпринимательства более чем на 16 млн руб. Размер имущественного вреда был подтвержден. Фонд был признан потерпевшим, поэтому арест наложили, несмотря на то что гражданский иск заявлен еще не был. При этом суды могут правомерно ссылаться на ч. 2 ст. 44 УПК, согласно которой гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции, а значит, и арест может быть наложен.

* – имя и фамилия изменены редакцией.

Арест имущества, преступное происхождение которого не доказано

В 2016 г. по уголовному делу в отношении Г. вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого по ч. 4 ст. 159 УК РФ. По версии следствия, преступные действия были совершены им в период с 2013 по 2015 г. В ходе расследования потерпевшей стороной был заявлен гражданский иск, следствием в связи с этим были приняты меры по установлению принадлежащего Г. имущества и наложению на него ареста в соответствии с положениями ст. 115 УПК РФ.

Арест имущества по причине долгого знакомства с обвиняемым

Органом следствия было установлено, что Г. в 2010 г. приобрел в собственность земельный участок и дом, который в 2017 г. он продал гражданину Л.

В 2018 г. следствие пришло к выводу, что указанное имущество передано обвиняемым Г. в собственность Л. фиктивно с целью воспрепятствования исполнению приговора в части имущественных взысканий. В суд было подано ходатайство о наложении ареста на имущество как «фактически принадлежащее обвиняемому Г.», несмотря на то, что по закону имущество обвиняемого уже было им отчуждено Л.

При обосновании законности ареста в суде единственным доказательством следствия была информация о том, что Г. и Л. были знакомы задолго до совершения сделки, связаны между собой в вопросах управления некоторыми юридическими лицами и, поскольку кадастровая стоимость земельного участка и расположенного на нем дома составляет сумму в два раза больше, чем доход Л. за 2012–2016 гг., Л. никак не мог позволить себе такое роскошное приобретение. Между тем адвокатами в суде были представлены сведения о том, что Л. более десятка лет успешно осуществляет предпринимательскую деятельность, а следствие не посчитало нужным выяснить данные о его доходах до 2012 г. и за 2017 г.

Об условиях наложения ареста на имущество по ст. 115 УПК РФ

Для наложения на имущество ареста в порядке ч. 1 ст. 115 УПК РФ необходимо, чтобы имущество принадлежало подозреваемому, обвиняемому или лицу, несущему по закону материальную ответственность за их действия.

Арест на имущество этих лиц накладывается без установления сроков и длится до принятия решения по нему итогового решения судом либо органом следствия без процедур последующего продления.

В описываемом мной случае достоверно установлено, что спорное имущество Г. не принадлежит, а Л. по данному уголовному делу каким-либо процессуальным статусом не обладает, материальной ответственности за действия Г. не несет.

Согласно ч. 3 ст. 35 Конституции РФ никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Однако законность сделки между Г. и Л. не была предметом судебного разбирательства и в ином порядке судопроизводства никем не оспаривалась. Судебное решение о признании договора купли-продажи недействительным не выносилось.

В силу п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором; в данном случае право собственности у Л. возникло с момента государственной регистрации права, т.е. с 2017 г.

Действующее законодательство вообще не содержит такой формы права собственности, как «фактически принадлежащего одному лицу, но зарегистрированного в установленном законном порядке на иное лицо».

Суд обязан рассматривать ходатайство следствия только в пределах заявленных требований. Следователь обратился с ходатайством о наложении ареста на имущество по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 115 УПК РФ, и не просил установить срок ареста в соответствии с положениями ч. 3 той же статьи.

Однако суд, изучив материалы дела и выслушав мнения сторон, удовлетворил ходатайство и арестовал указанное имущество. При этом по собственной инициативе он наложил арест на имущество в порядке ч. 3 ст. 115 УПК РФ, которая содержит совершенно иные основания и условия для наложения ареста на имущество, и установил срок ареста. Таким образом, суд вышел за пределы заявленного ходатайства и подменил функции стороны обвинения.

Наложение ареста на имущество в порядке ч. 3 ст. 115 УПК РФ предполагает следующие обязательные условия:

  • арест накладывается на имущество, находящееся у других лиц;
  • данные лица не должны являться подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия;
  • арест может быть наложен, только если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования организованной преступной деятельности;
  • при наложении ареста на имущество третьих лиц требуется обязательное установление срока действия данной меры процессуального принуждения.

Что касается обязательного преступного характера происхождения имущества, обязательного для ареста имущества по ч. 3 ст. 115 УПК РФ, то и у следствия, и у суда не было на этот счет никаких доказательств.

Постановление о привлечении в качестве обвиняемого в отношении Г. было вынесено в 2016 г., в нем указано о совершении им преступления в период с 2013 по 2015 г. Дом и земельный участок были приобретены Г. в собственность в 2010 г., т.е. за 3 года до предполагаемой даты начала совершения преступления, в котором он обвиняется. Исходя из этого ясно, что это имущество не могло быть приобретено Г. в результате совершения преступных действий, как того требует закон.

В постановлении суда о наложении ареста не приведено никаких данных и о том, что участок с домом каким-либо образом использовались или предназначались для использования «в качестве орудия преступления либо для финансирования преступной деятельности».

Кроме того, в дальнейшем, в ходе следствия, вопреки требованиям закона, срок ареста на имущество судом неоднократно продлевался.

Позиция Верховного Суда РФ

Факты и обстоятельства данного дела были доведены до сведения Верховного Суда РФ, однако высшая судебная инстанция отказала в передаче жалобы для рассмотрения в суде кассационной инстанции, буквально поставив своим решением под удар конституционное право каждого человека и гражданина – право собственности.

В частности, в Постановлении от 24 сентября 2018 г. ВС РФ указал следующее:

«… В соответствии с ч. 3 ст. 115 УПК РФ арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления.

При решении вопроса о наложении ареста на имущество, принадлежащего Л., суд указал конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых был сделан вывод о том, что данное имущество фактически принадлежит Г. и передано Л. с целью воспрепятствования обеспечению имущественных взысканий по уголовному делу.

… доводы стороны защиты проверялись судами, не нашли своего подтверждения и обоснованно отвергнуты, не соглашаться с приведенными мотивами оснований не имеется. »

То есть гарантии конституционных прав, установленные в уголовно-процессуальном законе для лиц, добросовестно приобретших имущество, оказались легко преодолимыми, если органам уголовного преследования поставят цель отнять у законного собственника его имущество.

Ошибка или обыкновение

С учетом обширной практики по вопросам ареста имущества, существенная доля которой пришлась на 2018 г., нами был выявлен ряд ошибок, систематически допускаемых судами при вынесении указанных решений в порядке ст. 165 УПК РФ и приведших к отмене ряда вынесенных судебных актов в апелляционной инстанции.

В частности, суды при вынесении решений о наложении ареста на имущество либо о продлении срока ареста, наложенного на имущество:

  • не дают оценки источнику дохода, на который было приобретено арестовываемое имущество (ч. 3 ст. 115 УПК РФ);
  • указывают, что имущество фактически принадлежит подозреваемому/обвиняемому, однако ни в описательно-мотивировочной, ни в резолютивной части ходатайства следователя, ни в представленных суду материалах такие сведения не содержатся;
  • не сверяют количество и реквизиты счетов, когда речь идет о продлении срока наложенного ареста на денежные счета, находящиеся на счетах в кредитных организациях. В итоге в судебном решении о продлении срока ареста могут быть указаны счета, которые не были отражены в ходатайстве следствия;
  • накладывают арест на имущество как принадлежащее подозреваемому/обвиняемому (ч. 1 ст. 115 УПК РФ), когда в судебном заседании выясняется, что имущество на момент рассмотрения ходатайства отчуждено третьим лицам. По смыслу закона, в этом случае (если нет достоверных сведений о фиктивности данной сделки и признании ее недействительной) следствие должно обратиться в суд с новым ходатайством, уже об аресте имущества, находящегося у третьего лица (по правилам ч. 3 ст. 115 УПК РФ);
  • продлевают срок ареста, наложенного на имущество, когда решение суда о наложении ареста на данное имущество отменено.
Читайте также:  Что такое тендер и как в нём участвовать?

Так, отменяя одно из решений суда первой инстанции, Мосгорсуд в своем апелляционном постановлении от 14 августа 2017 г. по делу № 10-12619/2017 указал, в частности: «суд, рассматривая ходатайство о наложении ареста на имущество, должен убедиться в достоверности представленной следственными органами информации о наличии в собственности того или иного имущества, отвечает ли оно критериям, установленным вышеуказанным положениям закона».

Хочется отметить, что, несмотря на огромное количество отмененных решений, Мосгорсуд как апелляционная инстанция не спешит «ставить точку» и оставлять за собой последнее слово в подобных спорах, а вместо этого всякий раз направляет материалы дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Такие решения отнюдь не способствуют формированию позитивной практики по данной категории дел, так как суды в большинстве случаев просто игнорируют указания вышестоящих инстанций и все возвращается «на круги своя» до следующего апелляционного рассмотрения.

При этом в случае отмены решения суда первой инстанции и направлении дела на новое рассмотрение следствие не считает нужным отменять вынесенный ранее протокол о наложении ареста на имущество, поскольку, по их мнению, «суд в данном случае еще не принял окончательного решения, а лишь направил материалы дела на новое рассмотрение. Следовательно, – считает сторона обвинения, – решение об аресте “окончательно” не отменено». Это примерный смысл ответа следователя на соответствующее ходатайство защитника.

Поэтому, несмотря на некоторую положительную динамику и отмену ряда решений по многим делам, время идет, и на протяжении всех судебных противостояний наложенный арест на имущество и расчетные счета компаний полностью парализует и делает невозможной основную деятельность этих организаций.

Это означает, что давление, оказываемое правоохранительными органами, продолжается. И хотя можно констатировать определенный процент побед, но, по сути, оградить доверителя от незаконного воздействия посредством применения к нему мер принуждения – на практике задача очень сложная.

Совет правоохранительных органов, который логически вытекает из наблюдений за упорной линией правоприменителя, должен быть, вероятно, следующий: «Арестовали твое имущество? – смирись».

Безусловно, такая ответственная мера превентивного характера, как наложение ареста на имущество, не должна стать в руках стороны обвинения рычагом воздействия на граждан и на деятельность предприятий и организаций. Судебный контроль по данной категории дел должен быть ужесточен, необходимо тщательное, скрупулезное, объективное и независимое исследование фактических обстоятельств, изложенных в ходатайствах органов следствия, и всех доводов стороны защиты.

Статья 115 УПК РФ. Наложение ареста на имущество.

1. Для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части первой статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия. Суд рассматривает ходатайство в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса. При решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом.

2. Наложение ареста на имущество состоит в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение.

3. Арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации). Суд рассматривает ходатайство в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса. При решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, и указать срок, на который налагается арест на имущество, с учетом установленного по уголовному делу срока предварительного расследования и времени, необходимого для передачи уголовного дела в суд. Установленный судом срок ареста, наложенного на имущество, может быть продлен в порядке, установленном статьей 115.1 настоящего Кодекса.

4. Арест не может быть наложен на имущество, на которое в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не может быть обращено взыскание.

5. При наложении ареста на имущество может участвовать специалист.

6. Арестованное имущество может быть изъято либо передано по усмотрению лица, производившего арест, на хранение собственнику или владельцу этого имущества либо иному лицу, которые должны быть предупреждены об ограничениях, которым подвергнуто арестованное имущество, и ответственности за его сохранность, о чем делается соответствующая запись в протоколе.

7. При наложении ареста на денежные средства и иные ценности, находящиеся на счете, во вкладе или на хранении в банках и иных кредитных организациях, операции по данному счету прекращаются полностью или частично в пределах денежных средств и иных ценностей, на которые наложен арест. Руководители банков и иных кредитных организаций обязаны предоставить информацию об этих денежных средствах и иных ценностях по запросу суда, а также следователя или дознавателя на основании судебного решения.

8. При наложении ареста на имущество составляется протокол в соответствии с требованиями статей 166 и 167 настоящего Кодекса. При отсутствии имущества, подлежащего аресту, об этом указывается в протоколе. Копия протокола вручается лицу, на имущество которого наложен арест, с разъяснением права в установленном настоящим Кодексом порядке обжаловать решение о наложении ареста на имущество, а также заявить мотивированное ходатайство об изменении ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, или об отмене ареста, наложенного на имущество.

9. Арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении. Арест на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, наложенный в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, также отменяется, если принадлежность арестованных денежных средств установлена в ходе предварительного расследования и отсутствуют сведения от заинтересованного лица, подтвержденные соответствующими документами, о наличии спора по поводу их принадлежности либо принадлежность этих денежных средств установлена судом в порядке гражданского судопроизводства по иску лица, признанного потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу.

Можно ли отменить арест имущества по уголовному делу по правам ГПК?

Краткое содержание:

Статья 115 УПК регламентирует единственно возможный механизм освобождения имущества от ареста, наложенного в рамках уголовного дела, но, несмотря на это, на практике возникают коллизии применения норм об освобождении имущества от такого ареста.

Как показывает анализ практики, суды в целом правильно применяют положения ст. 115, 115.1 и 165 УПК как в части порядка продления срока применения данной меры процессуального принуждения, так и в части ее отмены — по правилам УПК. Однако абсолютного единообразия нет.

Встречаются противоречивые выводы судов о возможности освобождения имущества от ареста, наложенного в рамках уголовного дела, в порядке ст. 442 ГПК.

Реакция судов на иски об освобождении имущества из-под «уголовного» ареста

1 Вестник КС РФ. 2004. № 4.

В 2004 году КС РФ четко дал понять, что в нормативном регулировании не должно быть положений, которые противоречат УПК. КС РФ констатировал приоритет УПК как закона, «который специально предназначен для регулирования соответствующих отношений» (п. 2.2 постановления от 29.06.2004 № 13-П)1, исключив возможность регулирования уголовно-процессуальных отношений иными ФЗ, но в регламентации освобождения имущества от ареста, наложенного в рамках уголовных дел, есть масса противоречий.

Суды при рассмотрении в порядке ст. 442 ГПК заявлений об освобождении имущества от уголовно-процессуального ареста и какие обстоятельства они используют в качестве мотивов своих решений отказывают в принятии заявления к производству.

  • В случае принятия искового заявления к производству и рассмотрения дела по существу суды отказывают в нем по двум основаниям, так как арест, который суд наложил в целях обеспечения исполнения приговора по уголовному делу, не может быть преодолен с использованием механизма, установленного ст. 442 ГПК (определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13.05.2020 № 88–5443/2020).
  • Ссылаясь на положения ч. 9 ст. 115 УПК и позицию КС РФ в определениях от 15.05.2012 № 813-О и от 25.10.2016 № 2356-О, согласно этой позиции „отмена указанных мер возможна только лицом или органом, в производстве которого находится уголовное дело и в чьи полномочия входят установление и оценка фактических обстоятельств, исходя из которых снимаются ранее наложенные аресты на имущество“ (апелляционные определения Московского городского суда от 06.12.2018 по делу № 33–47853/2018, Московского областного суда от 22.04.2019 по делу № 33–7293/2019).
  • В связи с тем, что применительно к отношениям, регулируемым ст. 115 УПК, арест отменяется не по факту принадлежности имущества иному лицу, а только когда отпадает необходимость в этой мере процессуального принуждения (апелляционное определение Саратовского областного суда от 29.10.2019 № 33–8250/2019, № 2–2374/2019).

Удовлетворяют иск так

Признавая заявление об освобождении имущества обоснованным и подлежащим удовлетворению вне зависимости от вида судопроизводства, в рамках которого наложен арест. Зачастую суды апелляционной инстанции отменяют определения судов первой инстанции о возвращении исковых заявлений в порядке ст. 442 ГПК. «Прекращая производство по делу в части, суд первой инстанции исходил из того, что имущество, в отношении которого истцом заявлены требования (в части отмены ареста, наложенного постановлением судьи Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 27.12.2013), было арестовано в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении К.В. в порядке ст. 115 УПК РФ, в этом случае, по мнению суда, рассмотрение вопроса об освобождении имущества от ареста не может быть осуществлено в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, так как рассматривается и разрешается в установленном УПК РФ.

Разрешая настоящий спор, суд не принял во внимание, что указанная норма (ст. 442 ГПК РФ) не содержит ограничений для рассмотрения требований в зависимости от того, в рамках какого процесса наложен арест (гражданского или уголовного)» (определение Оренбургского областного суда от 26.09.2017 по делу № 33–6651/2017).

Аналогичной позиции придерживается и Московский городской суд, который, не дифференцируя виды производств, в рамках которых наложен арест, неоднократно приходил к выводу о возможности освобождения имущества от ареста, наложенного в уголовном деле, в порядке ст. 442 ГПК (апелляционное определение от 10.04.2020 № 33–13218/2020).

Отмена ареста или освобождение имущества от ареста?

О том, что четкого понимания механизмов освобождения имущества у судей нет, свидетельствует и произвольное использование ими соответствующей терминологии. Так, апелляционная коллегия Московского городского суда дифференцирует понятия «отмена ареста» и «освобождение имущества от ареста». «…Принимая во внимание, что является собственником имущества, не является участником уголовного дела, в рамках которого на вышеуказанные помещения был наложен арест, учитывая, что предметом иска является требование истца об освобождении имущества от ареста, а не отмена ареста согласно ч. 9 ст. 115 УПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о том, что настоящее исковое заявление подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства» (апелляционное определение от 16.01.2020 по делу № 33–1553/20).

При этом другие суды не разделяют эти понятия применительно к ст. 442 ГПК. «…Суд обоснованно пришел к выводу, что не имеется достаточных оснований для отмены ареста (об исключении из описи) земельного участка» (апелляционное определение Нижегородского областного суда от 19.12.2017 по делу № 33–15100/2017).

ИЗ ПРАКТИКИ

Басманный р-нный суд г. Москвы по уголовному делу в отношении А.К.4 удовлетворил ходатайство следователя о наложении ареста на имущество родителей обвиняемого (М.К. и В.К) в порядке ч. 3 ст. 115 УПК. В дальнейшем срок ареста имущества неоднократно продлевался. После окончания предварительного следствия дело поступило в военный суд 1-ой инстанции для рассмотрения по существу. При рассмотрении вопроса о продлении срока ареста имущества военный суд неоднократно указывал на наличие процессуальной возможности у заинтересованных лиц (родителей обвиняемого) обращения с заявлением о снятии ареста с имущества в порядке ст. 442 ГПК, сославшись даже на позицию, изложенную в п. 51 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 г.: «Законодательством предусмотрен иной способ защиты собственником нарушенного права, предусмотренный ч. 2 ст. 442 ГПК РФ, то есть путем обращения в суд с иском об освобождении принадлежащего ему имущества от ареста».

Родители обвиняемого обратились в районный суд по местонахождению имущества с исковым заявлением об освобождении имущества от ареста к ГУ по расследованию ОВД СК России в порядке ч. 2 ст. 442 ГПК. Суд данные исковые требования удовлетворил в полном объеме, освободил имущество от ареста со ссылкой на абз. 2 п. 50 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 г. и ст. 119 ФЗ от 02.10.2007 № 229‑ФЗ «Об исполнительном производстве»5.

Применение указанных выше норм в сложившейся ситуации видится сомнительным.

Верной же представляется позиция суда апелляционной инстанции, который исправил ошибку суда первой инстанции. Апелляция сочла, что использовать механизм ч. 2 ст. 442 ГПК для целей освобождения имущества от ареста, который наложен в рамках уголовного дела, незаконно.

Таким образом, установленный УПК РФ порядок отмены наложения ареста на имущество, а также обжалования постановления о наложении (продления) ареста на имущество не лишает собственника либо законного владельца, не являющегося участником уголовного процесса, права обратиться в суд с иском об освобождении имущества от ареста в порядке гражданского судопроизводства как в период, когда расследование не завершено и приговор не вступил в законную силу в случае наличия спора о праве на имущество, подвергнутого аресту, так и после вступления приговора в законную силу по любым основаниям».

Читайте также:  Как отозвать исполнительный лист по алиментам

Отсюда следует, что военный суд отказался от своей компетенции по снятию ареста с имущества, но то же сделала и апелляционная инстанция суда общей юрисдикции.

Во-первых, Постановление Пленума ВС СССР № 4 утратило силу согласно подп. «в» п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 20.01.2003 № 26.

Во-вторых, даже если бы положения Постановления Пленума ВС СССР № 4 действовали на территории РФ, представляется, что механизм освобождения имущества от ареста в порядке ст. 442 ГПК применим исключительно к области исполнительного производства. Так, в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» приведен перечень случаев, для которых установлен исковой порядок рассмотрения требований об освобождении имущества от ареста (исключении их описи)7. В этот перечень не входят споры об освобождении имущества от ареста, наложенного в рамках уголовного дела.

Как представляется, применение механизма, предусмотренного ч. 2 ст. 442 ГПК, к арестам, наложенным в рамках уголовных дел, противоречит и правовому смыслу разъяснений в Постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010.

Таким образом, указание суда на процессуальную возможность освобождения имущества от наложенного в порядке УПК ареста по правилам ч. 2 ст. 442 ГПК противоречит как уголовно-процессуальному закону, так и правовому смыслу, заложенному в гражданско-процессуальный закон.

Аргументы из практики

Придавать механизму снятия ареста в порядке гражданского судопроизводства «междисциплинарный» характер недопустимо. Такой подход противоречит как УПК, так и ГПК

Конституционный суд РФ в определении от 15.05.2012 № 813-О указал, что «наложение на период предварительного следствия и судебного разбирательства ареста на имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации осуществляется по судебному решению Соответственно, в силу части 9 ст. 115 УПК РФ отменяется наложение ареста по постановлению, определению лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело и в чьи полномочия входит установление и оценка фактических обстоятельств, исходя из которых снимаются ранее наложенные аресты на имущество».

Кроме того, обоснованной видится позиция судов. Которые считают обращение заявителя с требованием в порядке ст. 442 ГПК поданным «без учета разграничения отраслей права и положений ст. 123 и 127 УПК РФ, в соответствии с которыми лицо, не являющееся подозреваемым (обвиняемым) по уголовному делу, чьи права и законные интересы затронуты решением суда, принятым в порядке УПК РФ, вправе обжаловать данное решение суда в порядке, предусмотренном гл. 45.1, 47.1, 48.1 или 49 УПК РФ. обжалование решения Самарского районного суда от 19 июля 2019 года о применении меры процессуального принуждения — наложения ареста на имущество, принятого в порядке ст. 115 УПК РФ, в соответствии со ст. 127 УПК РФ может быть обжаловано в вышестоящий суд — Самарский областной суд и только в порядке уголовно-процессуального законодательства, то есть в порядке апелляционного или кассационного обжалования. Но никак не в порядке гражданского судопроизводства в суде того же уровня» (решение Октябрьского районного суда г. Самары от 02.03.2020 по делу № 2–496/2020).

Мнения в науке

Единой правовой позиции по данному вопросу нет и в доктрине. По мнению М. Б. Чобитько, освобождение имущества от ареста, наложенного при производстве по уголовному делу, в порядке ст. 442 ГПК недопустимо и противоречит целям уголовного судопроизводства.

Исковые заявления заинтересованных лиц об освобождении имущества от ареста в порядке гражданского судопроизводства часто расцениваются как «попытки пересмотреть выводы судов, которые разрешали уголовное дело».

Анализ судебной практики выявил ряд противоречий при определении «надлежащего» механизма освобождения имущества от ареста, наложенного в рамках уголовных дел.

В законе нет четкого механизма защиты права собственности лиц, которые не являются подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, от ограничений в виде ареста их имущества. Как следствие, эти ограничения могут существовать годами, если учесть фактические сроки рассмотрения уголовных дел.

Судебная практика складывается настолько неоднородно, что в некоторых ситуациях лица, чье имущество было арестовано в рамках уголовного дела, фактически не могут защитить право собственности от ограничений в виде наложения ареста. Необходима четкая регламентация в УПК порядка освобождения имущества от ареста, наложенного в рамках уголовного дела.

ЗАПОМНИМ
Указания суда на возможность освобождения имущества от наложенного в порядке УПК ареста по правилам ч. 2 ст. 442 ГПК противоречит как уголовно-процессуальному закону, так и правовому смыслу, заложенному в гражданско-процессуальный закон.

КС забраковал нормы УПК, связанные с арестом имущества

Конституционный суд РФ признал не соответствующим Конституции ряд положений Уголовно-процессуального кодекса РФ, касающихся вопросов, которые должны разрешаться судом при вынесении приговора.

Поводом для оценки конституционности ч. 1 ст. 73 (обстоятельства, подлежащие доказыванию), ч. 1 ст. 299 (вопросы, разрешаемые судом при постановлении приговора) и ст. 307 (описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора) УПК РФ стала жалоба жительницы Волгоградской области. В марте 2016 года несколько граждан были признаны виновными по ст. 159 УК РФ и осуждены за хищения денег вкладчиков жилищно-строительного кооператива. За потерпевшими было признано право на удовлетворение гражданских исков, а вопрос о размере возмещения вреда передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. При этом был сохранен до полного возмещения вреда арест, ранее наложенный на ряд имущественных объектов. В их числе – двухкомнатная квартира в Волгограде и автомобиль женщины, участвовавшей в уголовном деле как свидетель. В качестве обвиняемой, гражданского ответчика или лица, обязанного возместить вред, причиненный виновными, она не привлекалась.

Владелица автомобиля и квартиры подала кассационные жалобы, однако они остались без удовлетворения. Суды указывали, что обстоятельства, послужившие основанием для наложения ареста на имущество, не отпали, и нашли подтверждение в ходе рассмотрения уголовного дела по существу: эти объекты были переданы одной из осужденных в собственность свидетельницы, являвшейся соучредителем юрлица, созданного для сохранения денежных средств и имущества, добытых преступным путем.

Женщина подала жалобу в КС РФ, указывая, что ч. 1 ст. 73, ч. 1 ст. 299 и ст. 307 УПК РФ не соответствуют Конституции, поскольку из-за пробела в действующем правовом регулировании позволяют суду после вступления приговора в силу сохранить арест, ранее наложенный на имущество, без установления, доказывания и изложения в приговоре обстоятельств, подтверждающих, что это имущество получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества. Если решение вопроса о судьбе имущества, подлежащего конфискации, урегулировано УПК РФ, то в отношении имущества, не подлежащего конфискации, но подвергнутого аресту для обеспечения гражданского иска имеется, по мнению заявительницы, правовая неопределенность, позволяющая ограничивать права его собственников.

Как отметил КС РФ, наложение ареста на имущество не может быть произвольным и должно быть обусловлено предполагаемой причастностью конкретного лица к преступной деятельности или предполагаемым преступным характером происхождения конкретного имущества либо основываться на законе, устанавливающем материальную ответственность лица за действия подозреваемого или обвиняемого.

Наложение ареста на имущество иных лиц допускается лишь в целях обеспечения предполагаемой конфискации имущества или сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, и лишь при условии, что относительно имущества имеются достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования преступной деятельности.

Вынося приговор, суд разрешает в нем, помимо прочих, вопросы о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере, как поступить с имуществом, на которое наложен арест, как поступить с вещественными доказательствами. Вместе с тем в предмет доказывания по уголовному делу, в состав вопросов, разрешаемых судом при постановлении приговора, и в содержание описательно-мотивировочной части обвинительного приговора формально не включен вопрос о правовых основаниях использования имущества лица, не являющегося обвиняемым или материально ответственным, для возмещения причиненного потерпевшему вреда. Это позволяет оставить вопрос об обоснованности ареста нерешенным.

Наложение ареста на имущество относится к мерам процессуального принуждения и носит временный характер. Поэтому наложение ареста на имущество в целях обеспечения гражданского иска в уголовном деле не может выходить за временные рамки уголовно-процессуальных отношений, связанных с расследованием и разрешением данного уголовного дела.

Таким образом, сохранение ареста на имущество лица, не являющегося обвиняемым или материально ответственным, для обеспечения гражданского иска после вступления приговора в законную силу означает несоразмерное и необоснованное умаление права собственности, не отвечает конституционным критериям справедливости и соразмерности ограничений прав и свобод, не обеспечивает гарантии охраны собственности законом и гарантии судебной защиты, а потому противоречит Конституции РФ.

Дальнейшее после постановления приговора производство по гражданскому иску в целях разрешения вопроса о размере возмещения также предполагает возможность обеспечения иска посредством наложения ареста на имущество, который, однако, не может произвольно применяться к имуществу лица, не являющегося обвиняемым или лицом, несущим материальную ответственность.

Тем не менее необходимость достижения баланса прав и законных интересов лица, на имущество которого наложен арест, с одной стороны, и прав потерпевших, с другой стороны, не исключает правомочия федерального законодателя осуществлять правовое регулирование такого ареста для целей возмещения причиненного вреда. К нему может относиться предоставление надлежащих процессуальных гарантий защиты прав лиц, у которых находится это имущество, и установление процедурных механизмов перевода ареста этого имущества из уголовного в гражданское судопроизводство в случае признания в приговоре права на удовлетворение гражданского иска при обосновании в нем фактической принадлежности имущества, находящегося у лица, не являющегося подозреваемым, обвиняемым, осужденным или материально ответственным, лицу, признанному приговором виновным в совершении преступления.

В результате КС РФ признал ч. 1 ст. 73, ч. 1 ст. 299 и ст. 307 УПК РФ не соответствующими Конституции в той мере, в какой они позволяют сохранять после вступления приговора в законную силу арест, наложенный в рамках производства по уголовному делу на имущество лица, не являющегося обвиняемым или лицом, несущим по закону материальную ответственность за его действия, в целях обеспечения гражданского иска.

Правоприменительные решения, вынесенные в отношении заявительницы и основанные на оспариваемых положениях УПК, подлежат пересмотру в установленном порядке.

Постановление КС не подлежит обжалованию и вступает в силу со дня официального опубликования.

Арест имущества компаний, которые были признан третьими лицами в ходе расследования уголовных дел

Мера процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в рамках расследования уголовных дел применяется на практике очень часто. При этом арест накладывается не только на имущество фигурантов уголовного дела, но и на денежные средства и недвижимое имущество третьих лиц.

Наложение ареста в рамках уголовного дела является одной из самых эффективных мер с точки зрения защиты имущественных прав потерпевших. Однако данные меры часто влекут многочисленные нарушения конституционных прав третьих лиц путем злоупотребления со стороны правоохранительных органов.

Когда и как может быть наложен арест?

Арест является процессуальной мерой принуждения, которая выражается в запрете распоряжаться или пользоваться имуществом, а также его изъятии и передаче его на хранение.

Арест имущества, принадлежащего третьим лицам, не являющимися фигурантами уголовного дела, может применяться в следующих случаях:

  • Есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого или обвиняемого;
  • Предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления;
  • Для финансирования терроризма, экстремизма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества или преступной организации.

Буква уголовно-процессуального закона содержит исчерпывающий перечень обстоятельств, при которых может быть наложен арест на имущество. Однако на практике зачастую данные обстоятельства объективными доказательствами не подтверждаются.

При возбуждении перед судом ходатайства о наложении ареста на имущество третьих лиц следователь пишет, что имеются достаточные основания полагать, что подозреваемый или обвиняемый является бенефициарным владельцем данного имущества, и суд, как правило, удовлетворяет ходатайство следователя без предоставления последним прямых доказательств взаимосвязи между имуществом и фигурантом уголовного дела.

Арест может быть наложен на любое движимое, недвижимое имущество и денежные средства, принадлежащие третьим лицам:

  • любые вещи;
  • безналичные денежные средства;
  • бездокументарные ценные бумаги, права на которые учитываются в реестре владельцев
  • бездокументарных ценных бумаг или депозитарии;
  • имущественные права, включая права требования и исключительные права.

Арест не может быть на наложен на имущество, обладающее исполнительским иммунитетом, то есть если на него не может быть обращено взыскание. К такому имуществу относятся:

  • жилое помещение, если оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением,
  • земельные участки, на которых расположено единственное пригодное для проживания жилье,
  • предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши;
  • имущество, необходимое для профессиональных занятий гражданина-должника, за исключением предметов, стоимость которых превышает сто МРОТ,
  • другое имущество, не связанное с осуществлением предпринимательской деятельности.

Основной проблемой для третьего лица является то, что УПК РФ не содержит обязанности следователя или суда уведомлять собственника арестовываемого имущества о рассмотрении в суде ходатайства следователя. Таким образом, практически всегда собственник имущества узнает, что его имущество арестовано уже post factum. Более того, неуведомление собственника не является основанием для отмены постановления суда о наложении ареста на имущество третьего лица в рамках уголовного дела.

Какие есть пути снятия ареста?

  1. Снятие ареста в уголовном деле путем направления апелляционной жалобы на постановление суда о наложении ареста, в случае необходимости с приложенным ходатайством о восстановлении срока процессуального обжалования. В случае истечения срока, на который наложен арест, и если следователь не предпринимает действия о снятии такового, подлежит подаче заявление об оспаривании бездействия следователя в порядке статей 124, 125 УПК РФ;
  2. В последнее время сталкиваемся со случаями, когда следственные органы накладывают арест на денежные средства, находящиеся на банковском счете, путем предоставления в кредитные организации постановления о наложении ареста, вынесенного следователем. Банки, как правило, не противоречат правоохранительным органам, а следователь впоследствии легализует свое постановление в суде. Такой механизм является незаконным и прямым нарушением прав третьего лица. В данном случае не стоит ограничиваться процессуальным оспариванием наложения ареста, но и следует обжаловать действия следователя.
  3. Снятие ареста в гражданско-правовом порядке путем направления искового заявления об освобождении имущества от ареста, наложенного по уголовному делу в соответствии с частью 2 ст. 442 ГК РФ. В силу ч.1 ст.30 ГК РФ иски об освобождении имущества от ареста предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества.
Читайте также:  Охрана труда как часто проходить обучение

Административное исковое заявление к Росреестру об оспаривании записи об обременении в виде ареста на недвижимое имущество не является надлежащим способом защиты права в данном случае, так как предметом данного спора будет являться законность внесения записи, а не обстоятельства, послужившие этому.

Давайте разберем, какие доводы следует приводить для снятия ареста, наложенного на имущество, если у следствия есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого или обвиняемого.

В первую очередь необходимо предоставить суду правоустанавливающие документы на имущество, показывающие историю и правомерность приобретения такового:

  • договоры купли-продажи и др.
  • акты приема-передачи;
  • доказательства оплаты при приобретении имущества;
  • судебные решения о принадлежности имущества;
  • акты адвокатских опросов свидетелей, например, прежнего и настоящего собственника.

Вторым важным обстоятельством, подлежащим доказыванию, является отсутствие взаимосвязи и аффиляжа между собственником данного имущества и фигурантом уголовного дела. Если у вас прямые доказательства этому отсутствуют, то необходимо указать и на отсутствие таковых в материалах, приложенных следователем к постановлению о возбуждении перед судом ходатайства о наложении ареста на имущество.

Важным обстоятельством, на которое следует обратить внимание, является необходимость установления судом срока, на который накладывается арест на имущество, принадлежащее третьему лицу. Срок должен быть разумным и не превышать установленных законом сроков предварительного расследования. При этом продление срока наложения ареста на имущество осуществляется с учетом результатов предварительного расследования, свидетельствующих, в частности, о том, что имущество получено в результате преступных действий.

Практика обжалования наложения ареста на имущество третьих лиц в рамках уголовного дела складывается в большинстве случаев не в пользу собственника данного имущества. Однако имеются и успешные случаи.

В конце августа 2020 года Мосгорсуд отменил Постановление Басманного районного суда о наложении ареста на недвижимое имущество, принадлежащее обществу с ограниченной ответственностью. В ходе подготовки к апелляционному обжалованию нами были собраны корпоративные документы компании-собственника недвижимого имущества, свидетельствующие об отсутствии участия в ООО аффилированных лиц и самого фигуранта уголовного дела.

Также были представлены выписки из ЕГРН о переходе прав, свидетельствующие о владении недвижимым имуществом более десяти лет, договор купли-продажи недвижимого имущества и, что очень важно, доказательства оплаты по данному договору. Отсутствие прямых доказательств, представленных следователем, и совокупность собранных нами доказательств сыграли важную роль, что привело к достижению положительного результата для нашего доверителя.

Победа любит подготовку, активная позиция обжалования приносит положительные результаты.

Прекращение действия наложенного в рамках уголовного дела ареста на имущество должника-банкрота

Арест имущества по уголовному делу, обжалуем по правилам гражданского судопроизводства

Ни для кого не секрет, что в рамках предварительного расследования уголовного дела (по экономическим преступлениям особенно), следователи стараются арестовать как можно больше имущества для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска. Не остается без внимания следователя и имущество родственников подозреваемого (обвиняемого). При этом, несмотря на то, что ч. 3 ст. 115 УПК РФ определяет возможность наложения ареста на имущество находящееся у третьих лиц, только лишь в специальных случаях (если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления), органы предварительного расследования не стесняются ходатайствовать перед судом о наложении ареста, а суды, идя на поводу у следствия, арестовывают имущество, особо не вдаваясь в личность собственника.

В последующем, а чаще всего сразу, те самые третьи лица (собственники имущества), которые не являются ни подозреваемыми, ни обвиняемыми задаются вопросом об освобождении имущества от ареста.

В подавляющем большинстве случаев, освободить имущество от ареста пытаются через обжалование постановления, которым этот арест наложен. Однако такой способ защиты нарушенных прав нельзя признать эффективным.

Казалось бы, что выхода из тисков уголовно-правового ареста имущества нет. При этом, помня уголовные истины, не стоит забывать и о гражданских.

Часть 2 ст. 442 ГПК РФ предусматривает такой способ защиты нарушенного права как обращение в суд с иском об освобождении принадлежащего ему имущества от ареста. Сразу стоит отметить, что статья 442 ГПК РФ при ее буквальном прочтении говорит о возможности освобождения имущества от ареста в рамках исполнительного производства, но при системном толковании, возможно трактовать данную норму расширительно и применить ее к аресту наложенному в рамках уголовного дела.

Иск об освобождении имущества от ареста является особой разновидностью иска о признании права собственности, поскольку истец обязан доказать индивидуально-определенные признаки имущества, освобождаемого от ареста, реализуя тем самым вещно-правовой способ защиты своего права собственности или иного вещного права на индивидуально-определенное и сохранившееся в натуре имущество.

Данный вывод также согласуется с позицией, изложенной в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», ответчиками по таким искам являются должник, у которого произведен арест имущества, и те лица, в интересах которых наложен арест на имущество.

Таким образом, освободить имущество от ареста, наложенного судом в рамках предварительного расследования, возможно в рамках искового производства, как на стадии предварительного расследования, так и по уже завершенным уголовным делам. С двумя исключениями: 1- Истец (собственник имущества) не привлекался в качестве подозреваемого (обвиняемого) в рамках уголовного дела, по которому наложен арест. 2- Имущество не подпадает под случаи указанные в ч. 3 ст. 115 УПК РФ.

Пример из практики. Мной осуществлялась защита в одном из уголовных дел, по обвинению гражданина К. в совершении преступления, предусмотрено ч. 4 ст. 159 УК РФ. Следователь в рамках предварительного расследования ходатайствовал перед судом об аресте, в том числе квартиры и машины, собственником которых является жена обвиняемого. Судом ходатайство следователя было удовлетворено и квартира с машиной оказались по арестом. Первоначально постановления о наложении ареста были обжалованы, но вышестоящий суд их оставил в силе.

В дальнейшем возникла вновь необходимость снять арест с имущества, поскольку приговор вступил в законную силу, и уже в производстве суда был на рассмотрении гражданский иск, то есть существовал риск лишиться как минимум машины.

Обратившись в суд с исковым заявлением об освобождении имущества от ареста, по правилам ст. 442 ГПК РФ и с учетом наличия письменных доказательств, подтверждающих источники получения истицей средств на покупку спорного имущества, а также то, что приговором суда не установлено, что это имущество приобретено на денежные средства, добытые преступным путём, суд исковые требования удовлетворил.

Проблемы оспаривания постановлений следователей, прокуратуры и решений судов

  1. Согласно п. 4 ст. 7 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации определение следствия и суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными, при этом, что обозначают данные слова: законность, обоснованность, мотивированность, в УПК и УК РФ вы не найдете.
  2. Если оспаривается правомерность процессуальных действий следователя, связанных с наложением ареста на имущество, признанием вещественным доказательством, или обжалуется постановление судьи о наложении ареста на имущество, то применяются те же процедуры обжалования, предусмотренные УПК РФ, и опять на предмет законности, обоснованности и мотивированности, а в случае принятия решения судом, то суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, при этом не понятным остается, что означает «фактические обстоятельства», обстоятельства чего, как суд их устанавливает, если существует тайна следствия?
  3. Когда происходит обжалование действий следствия и прокуратуры по 125 УПК РФ, необходимо доказать, что ущемляются ваши конституционные права, при этом суд не имеет право предрешать вопросы уголовного дела, давить на следствие, указывать следствию, что нужно сделать. С учетом того, что правовая система в РФ отличается от Европейской или Американской отсутствием прецедентности и применение существующей судебной практики, ранее положительное решение по аналогичному делу для суда не играет никакой роли в принятии последним решения по вашей жалобе.

В 2005 году известному адвокату Павлу Астахову совместно другими юристами удалось доказать конституционному суду (сокращенно КС РФ), что суды нарушают конституционные права принимая решения в которых отсутствуют объяснение, в том числе в разрезе каждого довода заявителя. КС РФ указал, что не допускают отказ дознавателя, следователя, прокурора, а также суда при рассмотрении заявления, ходатайства или жалобы участника уголовного судопроизводства от исследования и оценки всех приводимых в них доводов, а также мотивировки своих решений путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности, основания, по которым эти доводы отвергаются рассматривающим соответствующее обращение органом или должностным лицом.

Подробнее: Читайте определение КС РФ №42-О от 25.01.2005 г.

Порядок наложения ареста на имущество в уголовном процессе

Документ, который устанавливает арест в ходе следственных действий, именуется протоколом, который принимается на основании статей 166 и 167 УКП РФ. Лицо, на чьё имущество накладывается такая обеспечительная мера, обязательно должно получить заверенный экземпляр.

Правовое регулирование

Основное последствие применения меры – ограничение на использование и реализацию конкретных объектов. Это может быть необходимо для справедливого и всестороннего рассмотрения уголовного дела, а также фактического исполнения приговора.

Рекомендуем прочесть: Проверка Исправности Удерживающей Привязи

Трудно было найти норму права, в рамках которой я прошу суд прекратить арест. И хотя ГПК позволяет истцу не указывать какую либо норму права — суд сам должен ее указать при вынесении решения, однако на практике все не так. Суду нужно указать, обосновать, мотивировать.

Статья 115 УПК РФ

9. Подлежащее аресту имущество устанавливается и разыскивается путем производства следственных действий (обыска, выемки, осмотра, допроса), направления запросов, а также по соответствующему поручению — путем оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Согласно ч. 7 ком. статьи в ред. от 05.06.2007 запрос следователя (дознавателя) о денежных средствах и других ценностях, находящихся в банках и иных кредитных организациях, подлежит санкционированию судом. Эта норма устанавливает более сложную процедуру, чем специальные нормативные акты. Так, часть 2 ст. 26 ФЗ от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности» предусматривает возможность получения следователем с согласия руководителя СО справок по операциям, счетам юридических лиц, вкладам физических лиц; пункт 4 части 1 ст. 6 ФЗ от 30.12.2004 N 218-ФЗ «О кредитных историях» обязывает бюро кредитных историй в течение 10 дней предоставлять содержание кредитной истории на подозреваемого (обвиняемого) или иного гражданского ответчика по запросу следователя с согласия руководителя СО.

Комментарий к ст. 115 УПК РФ

13. В особом порядке исполняется наложение ареста на: а) денежные средства и иные ценности, находящиеся на счете, во вкладе или на хранении в банках и иных кредитных организациях. Постановление о наложении ареста на ценности направляется кредитной организации, которая обязана незамедлительно по получении постановления его исполнить — прекратить расходные операции по данному счету полностью или частично в пределах средств, на которые наложен арест (ст. 27 ФЗ от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности»); б) недвижимое имущество. Заверенная копия постановления суда о наложении ареста на недвижимое имущество направляется для исполнения в учреждение юстиции по государственной регистрации прав на недвижимость в трехдневный срок (ст. 28 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»). Получив копию, учреждение юстиции производит государственную регистрацию ограничения права правообладателя недвижимости, о чем уведомляет его в письменной форме не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня регистрации. Сведения об аресте недвижимости вносятся в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (приложение N 7 к Правилам ведения реестра, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 18.02.1998 N 219); в) ценные бумаги. Смотрите ком. к ст. 116.

Обзор ВС: когда судам не следует арестовывать имущество

ВС обратил внимание, что «качество материалов, представляемых в суд органами, осуществляющими предварительное расследование, не всегда отвечает предъявляемым требованиям». Судья должен выяснить (по ч. 1 и 2 ст. 165 УПК), подсудно ли ходатайство суду, находится ли уголовное дело в производстве следователя или дознавателя, который такое ходатайство подал, и содержит ли сам документ сведения, необходимые для ареста и другие материалы. Если требования к ходатайствам и подсудности не выполняются, то суды возвращают их следователям и дознавателям. 12 апреля 2020 года судья Ухтинского городского суда Республики Коми вернул ходатайство о наложении ареста на имущество следователю, так как в предоставленных документах не было постановления о соединении уголовных дел и принятии следователем этого дела (после соединения) к производству. То есть суд не мог установить, подало ли ходатайство уполномоченное должностное лицо.

Фактор единственного жилья

Так, Майминский райсуд Республики Алтай 17 августа 2020 года отказал в аресте машины стоимостью в 1,7 млн руб., так как его владелец обвинялся по ч. 2 ст. 292 УК (служебный подлог), а штрафы по статье составляют 100 000–500 000 руб., кроме того, по ней нельзя применить конфискацию. Похожая ситуация была в Ленинском райсуде Чебоксар: дознавателю не удовлетворили ходатайство об аресте, так как сумма требований по гражданскому иску составляла 56 000 руб., а стоимость имущества – 250 000 руб.

Отдельные вопросы, требующие особого регулирования, были рассмотрены в Постановлении Пленума ВС №17 от 14.06.2020 года. Так, в пункте 6 указывается, что обеспечение может быть наложено не только на имущество, которое фактически находится у обвиняемого, но и на то, что находится у третьих лиц.

Оцените статью
Добавить комментарий